Текст: Дима Кругликов
Фото: Илья Волков

Новый нидерландский фильм «Преисподняя» (украинский перевод – «Пекло») заметного на местном рынке режиссера Мартина Кулховена, до этого, впрочем, не могущего похвастаться мировой известностью, заранее брал на себя большую ответственность – это вторая по размеру бюджета картина в истории Нидерландов снималась более шести лет, заметные роли здесь сыграли звезды Голливуда Дакота Фаннинг и Кит Харрингтон. В общем, ожидания местной и мировой общественности были завышены, а значит, что по всем законам жанра «Преисподняя» должна была оказаться пустышкой. Увы, слишком часто эта история повторяется со многими региональными фильмами, претендующими на кусок мирового рынка. Тем приятней констатировать, что этот мрачный голландский триллер вышел увлекательным, интригующим и, что особенно важно, способным дать толчок к развитию нового массового европейского кино.

События фильма разворачиваются в эпоху активной колонизации тогда еще Дикого Запада. Главная героиня, немая девушка Лиз, живет вместе с дочкой, мужем и приемным сыном. Неожиданно в их поселение прибывает христианский священник. Он сразу завоевывает симпатии большинства горожан своими речами, однако Лиз узнает в Преподобном не доброго пастора, но человека, связанного с ее прошлым, неизвестным никому из ее близких. Быстро становится ясно, что Преподобный пришел не рассказывать об учении Христа, а разрушить жизнь девушки. Пользуясь случаем, пастор натравливает на девушку горожан, пытаясь также настроить против Лиз ее собственную дочь, затем убивает ее мужа и сжигает дом, оставаясь практически один на один со своей жертвой. На этом моменте завязка обрывается и далее режиссер предлагает нам посмотреть ретроспективу жизни Лиз, в которой откроется ее прошлое, полное настоящих ужасов и страданий, а также место Преподобного в ее жизни.

Далеко неновый режиссерский ход «обратной» подачи сюжета был выполнен с таким мастерским расчетом, что заранее обеспечил зрителю полное погружение в ход повествования. Тайну Лиз хочется узнать, при этом практически до середины фильма автор ничем не выдает подлинную суть их взаимоотношений с пастором. Отношение к героине меняется с развитием сюжета в той степени, в которой меняется сама героиня. Каждый раз она предстает перед зрителем в немного другом образе, что воплощается не только в том, кто играет ее роль – молодую Лиз, настоящее имя которой Джоана, сыграла Эмилия Джонс, взрослую Лиз сыграла Дакота Фаннинг — но и в самом образе, поведении и характере.

Сюжет картины наполнен библейскими аллегориями и отсылками, художественно обыгранными таким образом, чтобы выразить поставленную режиссером тему как можно точнее. Стоит ли вести праведную жизнь, если зло считает себя добром и прикрывается праведностью? Стоит ли подставлять левую щеку или нужно дать злу ответ? Зачем продолжать бороться, если заранее известно, что прошлое рано или поздно тебя достанет? Кино эти вопросы задает, но само подсказывает «правильный» ответ – нужно бороться ради будущего, нельзя терпеть зло, к черту праведность ради праведности. Однако главный мотив «Преисподней», кстати, довольно сильно пересекающийся с идеей российского фильма «Ученик», состоит в том, что именно зло в первую очередь готово забрать себе на вооружение идеи добра, впоследствии трактуя их в свою пользу.

Кроме обличения лже-праведников, моральных уродов, надевших личину святош, фильм также носит про-феминистский характер, доказывая, что настоящая «преисподняя» — это каждый день жизни женщины в традиционном патриархальном обществе. Будучи последовательной в постановке данной идеи, голландская картина не стремится посвятить весь сюжет этой теме, подменяя истинную суть проблемы ее последствиями. Картина, многие мужские характеры в которой показаны с позитивной стороны, не обвиняет каждого мужчину лишь за то, что им «повезло» родиться в бесправное для женщин время в бесправном для них обществе.

С демонстрацией доказательств каждодневного ада режиссеры не церемонились: здесь откровенно показаны все кровавые травмы, а постоянные сцены извращенного насилия, увечий и смертей делают этот фильм хоть явно недетским, но зато достаточно достоверным и внушающим. Нужно отметить, что сами по себе сцены не являются какими-то особенно кошмарными, но общее их количество в 2,5 часовом фильме создают эффект полного присутствия и постоянного напряжения – к концу истории уже кажется, что протагонист лупит батогом не только жертву, но и тебя самого. Что же, если показывать «ад», так показывать его в полной мере.

В немалой степени этот эффект достигается великолепной игрой актеров. Гай Пирс, сыгравший в фильме роль Преподобного, настолько дьявольски убедителен, что сразу вызывает ассоциацию (в немалой степени и из-за внешности) с Лорном Мальво из сериала Фарго. А за сцену немого ужаса перед Пастором в исполнении Дакоты Фаннинг хочется сразу дать какую-то награду. Или просто позвать на бис. Замечательно воплотился в роли «хорошего бандита» и Кит Харрингтон — впрочем его природная обаятельность сделала полдела уже за него.

Несмотря на все вышеперечисленные режиссерские изыски, фильм вполне удобоварим для совершеннолетнего неподготовленного зрителя. Назвать его популярным не повернется язык, но мрачная атмосфера этой картины, дополненная рядом сценаристских и режиссерских идей, дает возможность этой ленте соперничать с голливудскими аналогами в данном жанре, которые, хоть и имеют не менее захватывающее визуальное воплощение, но в сюжете явно недотягивают до нового нидерландского триллера.